Киевский музей К.Г.Паустовского

Юзовка - Донецк

автор - Александр Дмитриевский



В середине марта 1916 года на металлургическом заводе Брянского общества в Екатеринославе случилось чрезвычайное происшествие. Браковщик снарядов, откомандированный в Таганрог на котельный завод, к месту назначения прибыл с недельным опозданием. Если учесть, что время военное, а между Екатеринославом и Таганрогом никак не больше суток пути, то опоздавшего должно было ожидать самое суровое взыскание. Тем более, что браковщик подчинялся не заводскому начальству: был хотя и вольнонаемным, но служащим Главного артиллерийского управления. Впрочем, провинившийся был на хорошем счету: студент, добровольно ушедший санитаром на фронт, комиссованный по ранению, работник добросовестный, правда, большой любитель поэзии и неисправимый романтик. Поэтому начальство решило в качестве наказания отправить браковщика в Юзовку, на завод Новороссийского общества.
Браковщиком снарядов был Константин Паустовский, а причиной его недельного опоздания стал самовольный вояж в Севастополь. Надо отметить, что главная база Черноморского флота уже тогда имела закрытый статус и попасть туда без пропуска было весьма затруднительно. Спустя много лет в знаменитой «Повести о жизни» Константин Георгиевич изложит увлекательную историю с дачей взятки жандарму в поезде и арестом военным патрулем. Так ли было на самом деле? По крайней мере, в опубликованных письмах и дневниках Паустовского об аресте нигде не упоминается. Но не стоит забывать, что писатель имеет право на художественный вымысел. Герой «Повести о жизни» — одинокий молодой человек. Паустовский же к тому времени был помолвлен с Екатериной Загорской, проживавшей тогда в Севастополе. Это облегчало проникновение в закрытый город.
22 марта 1916 года (здесь и далее все даты приводятся по старому стилю. Прим. авт.) прибывший в Таганрог Паустовский получает телеграмму следующего содержания: «Приказано вам немедленно выехать в Юзово, на юзовский завод для временных работ по приемке корпусов гранат » Спустя десять дней в письме Екатерине Загорской он так объяснит происшедшее:
«Ты знаешь, ведь в Юзовку меня послали как в ссылку. В Таганроге меня ждали, потом дали телеграмму Панкину (непосредственный начальник Паустовского в Екатеринославе. — Прим. авт.), что меня нет. Недавно приехал сюда инженер из управления — оказывается, Панкин догадался, что я был «в бегах», вскипел и дал в Таганрог телеграмму перевести меня временно в Юзовку. Юзовка — это для браковщиков считается чем-то вроде Нарымского края».
В Юзовке Паустовского встретили очень хорошо и по распоряжению инженера отдела, к которому он был прикреплен, поселили за счет завода в лучшей гостинице. Таковой в то время была «Великобритания». Через три десятилетия старейший отель шахтерской столицы будет увековечен на страницах «Повести о жизни».
Как долго пробыл Паустовский в Юзовке? 22 марта он получил телеграмму о направлении на завод Новороссийского общества. Первое письмо отсюда им было отправлено 25 марта, последнее — 10 апреля. Следующее дошедшее до нас письмо, датированное 20 апреля, было отправлено уже из Таганрога. Из дневников становится известно, что Паустовский пробыл в Юзовке еще три или четыре дня после Пасхи, которая в 1916 году приходилась на 10 апреля. Отсюда следует, что приехал он 23-24 марта и уехал 13-15 апреля.
Юзовка поначалу произвела гнетущее впечатление на Паустовского. Вот что он сообщает Екатерине Загорской: «В глубокой яме, в выжженной степи, в туманах пыли — грязное, полуеврейское Юзово. Заводы и шахты. Желтое небо и черные от копоти люди, дома, деревья, лошади. Гиблое место. А завод напоминает одну из самых суровых и мрачных грез Верхарна».
В другом письме Паустовский пишет: « в ураганах угольной пыли, в унылом диком местечке, где все дома похожи на гробы и даже нет названий у улиц, они все по номерам, — продольные нечетные, поперечные четные, где голая, грязная степь, шахтеры и фабричные, которые по вечерам грызут семечки на главной улице 1».
«Одна из самых суровых и мрачных грез Верхарна»… Впрочем, Паустовский был не одинок в своем мнении о детище Джона Юза. За два десятилетия до него в Юзовке побывал Александр Куприн, тоже, кстати, останавливавшийся в гостинице «Великобритания». Результатом его поездки стала повесть «Молох» — там завод Новороссийского общества тоже изображен ужасающим техногенным чудовищем.
Но практически все, кто побывал в Донбассе, помимо грязи и копоти, нищеты Собачевок, Кабыздоховок и Шанхаек, ощутили и другое — очарование его могуществом и потенциалом. «Звезда Новой Америки» зажглась и над Паустовским:
«Озера расплавленного чугуна. Медные отсветы. Фантастика Особое очарование — хрупкая, нежная жизнь в глуши, грохоте завода».
Впоследствии эта строчка из дневника перерастет в постановку вопроса о сосуществовании техногенной цивилизации и «хрупкой, нежной жизни». Кто знает, может быть, корни таких книг, как «Колхида», «Мещерская сторона» и «Повесть о лесах», уходят именно в юзовские впечатления автора?
Что волновало Паустовского в те дни? Значительную часть писем Екатерине Загорской занимают поэзия и философия. Все-таки перед нами — студент историко-филологического факультета вначале Киевского, потом Московского университета, которому война не позволила продолжить дальнейшее образование. Вот что он пишет:
«Я вспоминаю строки Саади, шейха ширазского: «Будь щедрым, как пальма. А если не можешь, то стволом кипариса — прямым и простым, благородным» — и эти слова вызывают во мне много дум и неуловимого радостного волнения Еще о многом я хотел бы написать тебе, о том, как близок и человечен стал для меня образ Христа, о том, что я теперь знаю, что те, кто стремится найти, увидеть свою душу, никогда не знают, куда они идут, и не могут знать, потому что душа человека — это конечная тайна».
Впрочем, не только высокие истины волновали Паустовского. Положение на фронтах ухудшалось, и 9 апреля 1916 года был издан приказ о призыве в действующую армию студентов 1893-1894 годов рождения. Паустовский родился в 1892-м, и его очередь идти на службу наступала летом. Помимо всего прочего, этот приказ отменил бронь студентам, работающим на оборонных предприятиях.
Несмотря на то что студенты перед отправкой на фронт проходили обучение на младших офицеров, перспектива оказаться на войне мало прельщала Паустовского. Во-первых, он уже был санитаром, успел насмотреться на ужасы всей этой мясорубки и сам получил ранение. А во-вторых, в боях погибли его братья Вадим и Борис. Впрочем, забегая вперед, скажу, что в армию Константина Паустовского не взяли из-за плохого зрения. Но это уже таганрогская страница его жизни.
Последние три дня пребывания в Юзовке вместе с Константином Георгиевичем была его невеста Екатерина, приехавшая к нему на пасхальную неделю.
Но есть еще один город на донецкой земле, без которого наше повествование было бы неполным. Летом 1916 года Константин Паустовский и Екатерина Загорская возвращались из Таганрога в Москву. Их путь пролегал через Донбасс. Вот что пишет Константин Георгиевич в своем дневнике:
« Едем в Мариуполь. В полночь на пароход «Киев» Евреи. «Маруполь», «в караклевом манте» Прошли в устье Калмиуса (именно Калмиуса — так записано в дневнике. — Прим. авт.). Грузчики — раклы Синие барки, лавчонки, город на горах. Церковь. По крутому спуску — к базару. Черешни. Полу-Юзовка, полу-Екатеринослав »
Следующий, и последний, раз побывать в Донбассе Паустовскому довелось в июле 1924 года, когда он, будучи сотрудником журнала «30 дней», был командирован в ряд портов Азовского и Черного морей, в том числе и в Мариуполь. Результатом этой поездки стал опубликованный в том же году очерк «Меотийское болото». Других достоверных сведений о посещении Константином Георгиевичем нашего края мне найти не удалось.
Несмотря на очень короткое пребывание Паустовского в Юзовке, наш регион оставил серьезный след в его творчестве. Донбассу посвящен раздел «Повести о жизни» — «Гостиница «Великобритания». Надо заметить, что далеко не всякому трехнедельному периоду своей жизни писатель посвящает отдельную главу!
Когда-то старейшую гостиницу шахтерской столицы украшала мемориальная доска, сообщающая о том, что здесь останавливался великий писатель. Впрочем, художественное исполнение сего памятного знака не выдерживало никакой критики, но все же служило напоминанием о том, благодаря кому гостиница «Великобритания» стала известна всему миру. Сейчас и этой доски нет — сняли на время ремонта, да так и забыли вернуть на место. Может быть, со временем эта несправедливость будет устранена?

 

Донецкий кряж, № 2418 от 19.01.2007



Обновлен 26 дек 2013. Создан 19 дек 2013



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником
Экскурсии по Киеву Благотворительная организация «СИЯНИЕ НАДЕЖДЫ» Международная газета Быть добру ГИЛМЗ А.С.Пушкина Хореография и танец Концерты авторской песни и спектакли в Киеве Феодосия танцы